art_aka_primus (art_aka_primus) wrote,
art_aka_primus
art_aka_primus

Categories:

Кто мы? или Национальный интерес.

Правые нам говорят, что их проигрыш связан с тем, что русскому народу не свойственна свобода, веками он был заточен, то крепостничеством, то тоталитарным режимом коммунизма. Не мы плохие, говорят они нам, а это вы дремучие и дикие, и как говорит Новодворская [1] русских нежалко половину истребить, чтобы научить нас демократии.
Но речь не о самопровозглашенных либералах и демократах, речь о нас, о русской нации, действительно ли мы раболепны и покорны? Кто мы – рабы?
 
Нет, и мы с вами это знаем! Ради свободы мы решили реформировать нашу страну, тогда, вы скажите, народ еще не знал той цены, которую нам придется заплатить – да, многие не понимали, а в 1996 году? Вы помните, что страна тогда находилась в упадке, и стоял выбор между Зюгановым – лидером КПРФ и Ельциным, который развалил все – что только можно. Тогда мы делали выбор, и выбор стоял так – свобода и разруха еще быть может на десятилетие или несвобода – кто-то скажет, что Зюганов не отменил бы все завоевания демократии махом, я не буду с этим спорить, я просто помню какой именно стоял выбор, как вся моя семья в узком кругу обсуждала, как голосовать, спорили о том, какой Ельцин плохой президент, что знай бы кто он, ни за что бы не отдали ему голос в 1991, но всеравно скрипя сердцем голос был отдан ему, а точнее свободе и вере в будущее, вместе с нами такой же выбор сделали миллионы русских семей.
 
Демократия, это внутренняя свобода, но это еще совсем не означает свободу внешнюю. Кто-то спросит, если демократия власть народа, то как ее можно разделять на внешнею и внутреннюю? Внутренняя это подчинение власти воле народа, а внешняя это способность отстаивать свои национальные интересы [интересы, которые формирует нация] на международной арене, невзирая ни на что и не прогибаясь ни перед кем. Сочетание внутренней и внешней свободы было сформулировано Владиславом Сурковым [2], как суверенная демократия. Кому-то кажется, что введение в идеологический оборот подобного термина достаточно для формирования на его основе национальной идеи и национальных интересов – нет, это всего лишь объясняет, по какому принципу они формируются.
 
Духовную часть нашей нации определяет наша вера, и даже человек не верующий, зачастую приемлет те идеалы, которым нас учит православие. Они и просты и сложны. Мы отличаемся и от запада, который акцентируется на действии субъекта по отношению к миру и от востока, который сосредотачивается на внутреннем мире человека; нам непонятны либеральные ценности, которые превозносят личность над обществом, но нам и не хочется идти восточным путем – человек ничто, социум все. Мы другие и сегодня с осознанием этого поставлена точка, мировоззрение нашего поколения приходит в норму, почему? Над этим вопросом бьются авторы статьи "Хочу в СССР":
"Исследования социологов показывают: советское детство сейчас в моде. "Хочу обратно в СССР. Как хорошо тогда было — наверное, самое лучшее время в моей жизни" — все чаще и чаще эту фразу можно услышать не только от ветеранов, чья биография накрепко связана с советскими временами, но и от тех, кому едва-едва исполнилось 30. Люди, которым в 1991 году было по 13–15 лет, с любовью коллекционируют советские фильмы и обмениваются воспоминаниями о пионерском детстве. Ностальгия по советскому прошлому становится распространенным явлением среди тридцатилетних" [3]
Вывод, к которому приходят авторы – у нас плохая память, мы забыли все ужасы режима, но это заблуждение, ровно наоборот – хорошая народная память запускает эти процессы. Еще в 2005 году их зарождение отметил Л.И. Ивашов:
"Общество всегда стоит на определенной системе ценностей. Для нашего православно-славянского, евразийского мира существует следующая иерархия ценностей: это, прежде всего, духовное начало, приоритет духа над материальным. Во-вторых, это общественные приоритеты. Мы живем не изолированно, а в коллективе, в общине. И интересы этого коллектива, членом которого являюсь и я, приоритетны. И дальше: сострадание, соболезнование, сопричастность. Кодом российских народов является совесть. И если на этих принципах будет выстраиваться гражданское общество, если же они станут основой профессиональной этики, мы будем непобедимы. Но эту нашу иерархию ценностей пытаются поломать, подменить иным. Скажем, приоритетом атлантистской системы ценностей являются деньги, материальный успех, и дальше - индивидуальные свободы.
Мы не ставим их под сомнение и не осуждаем. У них иные пути развития. И их религия - протестантизм, в особенности его ветвь иудео- протестантизм, защищает и абсолютизирует эти ценности. Кодом этой цивилизации является выгода. И сегодня пытаются переидентифицировать нас, превратить в какую-то иную цивилизацию. Безусловно, сделать это не удастся. Код культурно-исторического генотипа, о чем говорил Данилевский, достаточно устойчив, и он пробудится, хотя сегодня немного девальвирован, затушеван всей этой западной мишурой, но он уже пробуждается" [4]
 
Самопровозглашенные либералы и демократы всегда были далеки от народа, чтобы заметить эти процессы тогда, и только сейчас, когда их становится трудно игнорировать, они попытались проанализировать их причину.
 
Мы определились, какие мы, как мы будем отстаивать наши интересы – но что нам нужно? Это тот вопрос, на который отвечаем мы здесь и сейчас, решает именно наше поколение, и это очень ответственный выбор, сделать тут ошибку равнозначно гибели государства, а следовательно и нации.
Говорят, история ничему не учит, так ли это? Так, если ее забыть или переписать, как это делают на Украине и в Прибалтике. Для того, чтобы сделать первый шаг к определению наших национальных интересов, нужно понять, кто наши партнеры и конкуренты на тех или иных возможных направлениях развития, не враги или друзья, а именно партнеры и конкуренты. Государства не люди, они не дружат, друзей у России испокон веку два – армия да флот. Замечу, не бывает абсолютных партнеров или конкурентов, всегда есть почва для партнерства и направления, где будет жесткая конкуренция. Искусство международной политики состоит в том, чтобы минимизировать конкуренцию и максимизировать партнерство, т.е. объем партнерских соглашений должен превышать объем конкурентных столкновений, только тогда возможно развитие и экспансия.
Ошибкой девяностых годов в международной политике было то, что все мы поверили в дружбу с США и стали выстраивать наши международные отношения исходя из этой концепции. Многие протрезвели в 1999, когда началась бомбардировка Югославии. Было больно смотреть, как мы были беспомощны и даже заявление о том, что мы снова наведем ракеты на США – никого не впечатляли и не могли их остановить и вызывали лишь насмешки. Многие тогда поняли, что если и дальше продолжать такую политику – завтра будут бомбить Киев и Минск, а потом и нас. В 1998 вышла книга Бжезинского, раскрывающая концепцию геополитики США на долгие годы, многое интересного было высказано в ней, в том числе и намек на расчленение России, но я хочу привести другой отрывок:
 
"Сознательно дружественная позиция, занятая Западом, особенно Соединенными Штатами, в отношении нового российского руководства ободрила постсоветских "прозападников" в российском внешнеполитическом истеблишменте. Она усилила его проамериканские настроения и соблазнила членов этого истеблишмента. Новым лидерам льстило быть накоротке с высшими должностными лицами, формулирующими политику единственной в мире сверхдержавы, и они легко впали в заблуждение, что   они тоже лидеры сверхдержавы. Когда американцы запустили в оборот лозунг о "зрелом стратегическом партнерстве" между Вашингтоном и Москвой, русским показалось, что этим был благословлен новый демократический американо-российский кондоминиум, пришедший на смену бывшему соперничеству.     Этот кондоминиум будет глобальным по масштабам. Таким образом Россия будет не только законным правопреемником бывшего Советского Союза, но и де-факто партнером в мировом устройстве, основанном на подлинном равенстве. Как не устают заявлять российские лидеры, это означает не только то, что остальные страны мира должны признать Россию равной Америке, но и то, что ни одна глобальная проблема не может обсуждаться или решаться без участия и/или разрешения России. Хотя открыто об этом не говорилось, в эту иллюзию вписывается также точка зрения, что страны Центральной Европы должны каким-то образом остаться, или даже решить остаться, регионом, политически особо близким России. Роспуск Варшавского договора и СЭВ   не должен сопровождаться тяготением их бывших членов к НАТО или даже только к ЕС.
Западная помощь тем временем   позволит российскому   правительству провести реформы внутри страны, исключить вмешательство государства в экономику и создать условия для укрепления демократических институтов. Восстановление Россией   экономики, ее специальный статус равноправного партнера Америки и просто ее привлекательность побудят недавно образовавшиеся   независимые государства - благодарные России за то, что она не угрожает им, и все более осознающие выгоды некоего союза с ней - к самой тесной экономической, а затем и политической интеграции с Россией, расширяя таким образом пределы этой страны и увеличивая ее мощь.     Проблема   с   таким подходом заключается   в том, что он лишен внешнеполитического и внутриполитического реализма. Хотя концепция "зрелого стратегического партнерства" и ласкает взор и слух, она обманчива. Америка никогда не намеревалась делить власть на земном шаре с Россией, да и не могла делать этого, даже если бы и хотела." [5]
Те из наших политиков, кто после этих слов не протрезвели и до сих находятся в эйфории – слепцы, а может быть и предатели, в любом случае такие люди не могут или не хотят отстаивать наши национальные интересы – их место на политическом кладбище, где мы с вами их и похоронили 2 декабря 2007 годаи давайте не позволим этим политическим зомби прийти к власти и впредь.
Это не значит, что мы против свободы, наоборот – мы хотим свободы, как ничего другого на свете, свобода – это то, без чего мы себя не мыслим и готовы положить за это животы свои. Именно поэтому мы и не хотим прихода к власти тех, кто хочет лишить нас внешней свободы, предлагая лишь внутреннюю, которая у нас итак уже есть, которую мы сознательно выбрали еще в 1996 году и ни за что от нее не откажемся.
 
Эти ходячие политические трупы внушают нам, что у нас нет национальных интересов, кроме как дружба с США, зачем они нас унижают, мы не такие уж и простаки, как им кажется – мы в это не верим, потому что знаем, что все обстоит иначе. Эти зомби любят, когда их одобряют западные политики, более того, они и шагу не ступят без консультации с их хозяевами, я не буду пытаться достучаться до них, я хочу пробудить тех, чей разум хотят усыпить. Для вас авторитет лишь запад? Хорошо, что о нас говорили в 1998 изложено выше, а теперь вслушайтесь, что говорят сейчас:
 
Владимир Познер: Некоторые считают, что запад не ожидал того, что Россия так быстро встанет на ноги, они как бы списали Россию с международной сцены, думали, что она не будет играть никакой международной роли и вдруг она вернулась, причем вернулась весьма и весьма заметно, с ней приходится считаться. Говорят, именно это вызывает раздражение запада и собственно те плохие отношения, которые существуют сегодня, это есть отражение вот этого факта, что вы можете сказать по этому поводу?
Генри Киссинджер: Необходимо различать тех, кто занимается внешней политикой и обладает пониманием долговременных стратегий развития международных отношений, они знают, что сильная Россия крайне полезна для сохранения стабильности в Азии, в Европе и на ближнем востоке, она, конечно, имеет собственное видение ситуации, конечно, не во всем соглашается с американской точкой зрения на эти вопросы, поэтому, конечно, могут возникать споры, существуют разногласия время от времени, но все сбалансировано, никто из лидеров, по крайней мере из тех кого я знаю, с обеих сторон не желал бы видеть слабую или бессильную Россию, но конечно Россия это страна со своей собственной точкой зрения и эту точку зрения стоит изучить в свете возможных компромиссов. Критика США берет свое начало от споров и аргументов, которые прозвучали с обоих сторон в начале войны в Ираке, они никуда не делись. Я думаю, что США необходимо консультироваться с другими странами, они не должны вести себя так, словно имеют право диктовать свою волю другим странам, они должны демонстрировать уважение к истории и культуре других стран.[6]
 
Это при том, что пораженцы не устают кричать, что мы бессмысленно и безнадежно испортили отношение с западом. Это не так, изменился тон с неуважительного и насмешливого, на разговор двух равных сторон. Мы готовы сотрудничать с конструктивными силами в Европе и в США и они готовы сотрудничать с нами, все остальное шум, нас отвлекающий. Задумайтесь, примкнете ли вы к тем, кто хочет лишить нас внешней свободы, нагло прикрываясь демократией или к тем, кто выстраивает наши национальные интересы, реализуя принципы суверенной демократии?
 
Эти же пораженцы, которых я предлагаю называть не иначе как лузе русами [7], хотят нам внушить, что не только национальных интересов у нас нет, но и Россия нам не нужна. Они хотят реализовать, так сказать, план Бжезинского, даже и придумали обоснование того, что не нужны нам земли богатые минеральным сырьем, основываясь на тезисах японского прогнозиста Сеия Яно, который обосновал, что отсутствие собственного минерального сырья может быть благом для страны [8]. Лузе русы утверждают, что мы сидим на нефтяной игле, да - мы на нефтяной игле, только это игла капельницы, а нефть это лекарство, которое оживило нашу экономику, со временем мы сможем встать на ноги, опираясь на инновационную экономику. Для развития современной рыночной экономики, курс на которую мы взяли еще в 1985, нам нужно расширять рынки. Нам нужно торговать нашими технологиями, которые являются передовыми во многих отраслях, и кооперироваться с партнерами для их развития. Один из таких шагов и был сделан – постройка Ирану атомной станции, этот контракт принес нашей стране один миллиард долларов и мы намерены развивать наше партнерство и не только с Ираном и не только в этой отрасли – нам есть что предложить миру.
Именно для защиты наших интересов и интересов наших партнеров мы возобновили полеты нашей стратегической авиации и присутствие нашего флота в мировом океане. Мы готовы закладывать новые корабли для достижения паритета с нашими конкурентами, и пусть вас не тревожат эти расходы, еще наторгуем, ведь следом за нашим флотом прейдут купцы, с российским военно-морским флотом мы сможем торговать в любой точке мира, и защитим наши национальные интересы и интересы наших партнеров.
 
Мы хотим свободы, мы уже добились внутренней свободы и добиваемся внешней и готовы помочь в этом тем, кто пожелает стать нашим партнером.
 
Мы не рабы! Рабы не мы!
 

Рейтинг@Mail.ru
Tags: нация
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments