September 3rd, 2012

Про узников ГУЛАГа

- С начала образования колоний и вплоть до выхода на пенсию я не просто руководил контролёрами (лучше сказать — надзирателями), но был членом военного трибунала, — рассказывает Владимир Кургузов. — Кто у нас отбывал наказание? Это изменники Родины (ст. 64) — нынешние герои: лесные братья, бендеровцы, власовцы и наши русские предатели. Те, кто продавал за границу секретные документы. Далее — антисоветчики (ст. 70). Это всесторонне образованные люди, с большой поддержкой из-за рубежа. Поэтому условия для себя они создали идеальные. Если говорить о 36-м лагере, то одевали их там с иголочки, а питались они лучше большинства населения страны. Почему? Потому что любой прокол администрации или нас тут же отдавался эхом «там» и прилетал обратно в виде всевозможных комиссий. Речь шла не просто о горстке людей, которых требовалось изолировать, но об имидже страны в целом. Поэтому нас контролировала не кизеловская прокуратура, которая занималась остальными зонами, но лично зам. областного прокурора.

Меня просто в бешенство приводит, когда их «санаторий» сравнивают с ГУЛАГом. В ГУЛАГе люди гибли тысячами, были серьёзные стройки, лесозаготовки, колымская трасса. То были 30-50-е года. Причём тут «Пермь-36» с её чистенькими, сытенькими узниками, которые занимались на станочках изготовлением клемм для утюгов?

Бывший надзиратель «Пиерми-36» о фальсификации истории